В чем сходство Плюшкина и Гранде

Горький писал в «Беседах о ремесле»: «Трагедия – это слишком высоко для мира, где почти все «страдания» возникают в борьбе за право собственности на человека, на вещи и где под лозунгом «борьбы за свободу» часто борются за расширение «права» эксплуатации чужого труда. Мещанин, даже когда он «скупой рыцарь», все-таки не трагичен, ибо страсть к монете, к золоту – уродлива и- смешна. Вообще в старом, мещанском мире смешного столько же, сколько мрачного. Плюшкин и отец Гранде Бальзака – нимало не трагичны, они только отвратительны. Я не вижу – чем, кроме количества творимого зла, отличается Плюшкин от мещан-миллионеров, неизлечимо больных страстью к наживе. Трагедия совершенно исключает пошлость, неизбежно присущую мелким, мещанским драмам, которые так обильно пачкают жизнь. Когда в зоологическом парке дерутся обезьяны – разве это трагедия?»

Эти замечания Горького очень существенны для понимания того, почему изображение быта и жизни буржуазии в XIX в., т. е. когда против нее уже подымаются новые революционные силы, как правило, не принимает трагического характера: буржуазия уже недостойна трагедии. Конечно, и человек, принадлежащий к буржуазии, может выступить как трагический характер, но лишь в том случае, если он «выламывается» из повседневного быта, из жизненного уклада своего класса (например, Егор Булычов).

Любопытно, что многие представители современной буржуазной эстетики должны сознаться в том, что трагическое в наше время недоступно буржуазному обществу. Один из зарубежных авторов, Д. Крач, объяснил это тем, что «нельзя больше рассказывать о падении благородного человека, ибо мы не верим, что благородные люди существуют». Возражающий же ему С. Зинк готов отстаивать лишь возможность трагедии безверия. Так в реакционной эстетике отражается духовная деградация буржуазного общества.

С другой стороны, глубоко ошибочен связанный с пресловутой «теорией бесконфликтности», с тенденциями, направленными к слащавому, прикрашенному изображению действительности, предрассудок, заключающийся в том, что советская действительность якобы не дает художнику материала для трагических тем.

Едва ли нужно доказывать, что и личная жизнь советского человека тоже может служить материалом для изображения трагических конфликтов и противоречий. К сожалению, советское искусство еще очень робко подходит к трагической теме.

Следует также иметь в виду, что в этом отношении очень большой материал для наших художников дает жизнь трудящихся в странах капитала. Об этом убедительно свидетельствуют многие рисунки Б. Пророкона, в частности те, что верно передают трагические черты таких стихов Маяковского об Америке, как «Костры Линча» и «Тюрьмы – непокорным». Здесь перед нами встает проникнутая суровой трагической силой борьба угнетенного негритянского народа и передовых людей Соединенных Штатов за свободу и лучшие идеалы человечества.




Рейтинг@Mail.ru